Секс в нарядном женском белье и шубах





Опубликовано: 11.12.2017.

Панталончики - верх неприличия! Вместо того, чтобы вытащить влажную салфетку из крестообразной прорези в крышке, Габи зачем-то открутила всю крышку, изумленено уставилась на витой бумажный жгут, ползущий к прорези из сердцевины коробки. Но сдержалась и во-время прикусила язык, - вовсе ни секс в нарядном женском белье и шубах чему было подавать Дунскому лишний повод для придирок. Он и так придирался к ней по любому поводу и без с тех пор, как его выгнали из газеты.

Похоже, Дунский постепенно укреплялся в убеждении, что крушение его журналистской карьеры произошло исключительно по вине Габи. Зачем она не остановила его, когда он задумал эту проклятую авантюру с Черным Магом? Зачем смеялась вместе с ним при первых проблесках успеха этой дурацкой затеи? Плакать надо было, а не смеяться! А однажды он даже занесся так далеко, что попрекнул ее самой идеей Черного Мага, которая якобы именно Габи и принадлежала.

Это была чистая правда - идея и впрямь была высказана ею как-то за завтраком в ответ на жалобы Дунского, что он все возможное уже придумал, а с него требуют все новых и новых придумок. Она точно помнила звон кофейной чашки о фаянс блюдечка, под музыку которого черт дернул ее за язык, а язык брякнул, не давая мозгам секс в нарядном женском белье и шубах на обдумывание: И пусть тебе пишут письма на адрес газеты".

Секс в нарядном женском белье и шубах

Дунский эту идею обсмеял и растер в порошок, а через пару недель выдал ее на-гора в усовершенствованном виде, но уже как свою собственную.

Габи не стала спорить из-за авторских прав, ей было все равно, кто первый сказал "э", - ее амбиции гнездились в секс в нарядном женском белье и шубах разделах культурной жизни. Зато амбиции Дунского поначалу были обласканы и начальством, и читателем, потому что образ Черного Мага неожиданно быстро вырос в народном сознании до невиданных размеров.

Секс в нарядном женском белье и шубах

После первых двух-трех публикаций, в которых Дунскому каким-то чудом удалось попасть своими предсказаниями прямо в яблочко, в газету посыпались письма. Их было так много, что раздел Черного Мага пришлось перевести из недельного приложения в ежедневный листок, который пришлось для этого увеличить на пол-полосы. Тираж ежедневного листка взлетел так высоко, что Дунскому даже накинули триста шекелей сверх зарплаты, и секс в нарядном женском белье и шубах начал было проникаться тем особым самоуважением, которое сопутствует внезапному успеху.

Первые недели парадного восхождения Черного Мага к вершинам славы были заполнены упоительным хохотом, сопровождавшим ежевечернее чтение писем брошенных жен и неудачливых бизнесменов и сочинение разных вариантов, хотя и уклончивых, но всегда оптимистических ответов.

Габи охотно принимала участие в этой веселой игре, тем более, что часто, нахохотавшись всласть, они падали на продавленный матрас, приютившийся в углу на утлых куриных ножках, и вдохновенно занимались любовью, невзирая на пронзительный визг его возмущенных пружин. Секс в нарядном женском белье и шубах восторг их быстро сменился отчаянием, потому что оказалось невозможным складно и убедительно каждый день отвечать всем брошенным женам, жаждущим знать, вернутся ли к ним обратно неверные негодяи-мужья.

Кроме того с ростом популярности Мага стали угрожающе расти побочные продукты этой популярности.

Секс в нарядном женском белье и шубах

Пожилые интеллигентные дамы из отдела писем потребовали надбавку к зарплате за сортировку все растущей корреспонденции Мага, а телефонный номер редакции пришлось сменить и засекретить из-за непрерывного потока звонков, требующих личной встречи со всемогущим чародеем. Один из конкурирующих еженедельников поместил у себя на первой странице схематический портрет таинственного кудесника, поразительно напоминающий облик главного редактора газеты Дунского, после чего к тому начали обращаться на улице с требованиями, мольбами и угрозами.

Дунский попробовал уклониться от опасности, предложив главному отправить Мага в короткий оплаченный отпуск. Но этот номер не прошел, секс в нарядном женском белье и шубах что Черный Маг уже успел превратиться из человека в миф, а мифу отпуска не положено.

Через пару дней после выхода очередных номеров без странички Мага, а лишь с обещанием ее публикации в недельной толстушке, газету атаковали в прямом смысле слова - секс в нарядном женском белье и шубах разъяренных растрепанных баб ворвалась в редакцию с требованием немедленной выдачи их неуловимого кумира.

Из их отрывочных выкриков можно было понять, что по городу поползли слухи то ли о злокозненном заточении Мага в тюрьму, то ли о его незаконной высылке из страны за черную магию. При этом упоминался Высший Суд Справедливости и верховный раввин Израиля, которые в этом исключительном случае якобы впервые в жизни действовали заодно.

Секс в нарядном женском белье и шубах

Секс в нарядном женском белье и шубах редактор забаррикадировался у себя кабинете и вызвал Дунского на ковер. Дунский, дрожа от страха, что его опознают, бочком протиснулся сковозь потную взъерошенную толпу, не обратившую на него никакого внимания, и без стука приоткрыл дверь в начальственный кабинет. Никакого ковра там никогда не было, пол покрывала обычная гранитная плитка, падать на которую было бы гораздо больнее, а что падать придется, пусть только фигурально, Дунский не сомневался.

При его появлении главный поспешно сунул было в ящик зажатую в кулаке бутылку коньяка, но потом передумал и выставил ее на стол.

Дунский пожал плечами - ему велено было принести на ковер собственную отрубленную голову на блюде, о стакане же не было сказано ни слова. Придется ждать, пока приедет полиция, но ты же знаешь их расторопность".

Секс в нарядном женском белье и шубах

Он придвинул Дунскому керамическую чашку с остатками секс в нарядном женском белье и шубах кофе и оторвал квадрат бумажного полотенца от стоящего на столе рулона. Дунский и вправду брезговал, но сознаться в этом не решился - положение было слишком серьезным и нарываться не стоило. Шум в коридоре медленно, но верно приближался к кабинету главного. Увы, ответ был ему известен заранее - ни один из кандидатов на Мага не тянул, да и кто бы согласился подставиться?

Дунский тоже отхлебнул от всей души, в груди заполыхало жаром, в голове запели птицы. Он стал вдруг смел и безрассуден, как шахид, - притянув поближе настольный календарь, он написал на полях номер собственного телефона.

Но она ответила после первого же звонка, - куда она вечно спешит? И не просто ответила, а сказала что-то такое, из-за чего главный тут же ее узнал и сердито шлепнул трубку на рычаг: Это же твой телефон! Ведь я и есть знаменитый Черный Маг!

Главный тут же все понял и на миг застыл, хватая ртом воздух, как выброшенная на песок рыба, так что Дунский даже испугался, не хватил ли его удар. Но как только к главному вернулся дар речи, выяснилось, что удар хватил не его, а Дунского: Не дожидаясь, пока найденное пресс-папье полетит ему в голову, Дунский вырвался в коридор, где был подхвачен потоком орущих баб, отступающих на лестницу под натиском двух здоровенных полицейских.

Неопознанный секс в нарядном женском белье и шубах непризнанный, он вместе с секс в нарядном женском белье и шубах последний раз переступил порог редакции в трогательном единении жертвы и палача. Впрочем, кто в этой истории был жертвой, а кто палачом, так и осталось неясным, потому что хозяин газеты назавтра главного уволил, хотя Дунского не вернул. Но главный не растерялся и быстро обзавелся уютным магазином русской книги на злачном месте - в самой густо-проходной галерее Центральной Автобусной Станции.

Дунский же не обзавелся секс в нарядном женском белье и шубах, кроме депрессии и дурного нрава, и в результате получилось, что истинной жертвой оказалась Габи. Вот и сейчас Дунский не упустил случая к ней придраться: Габи вздрогнула и опрокинула стоявшую у локтя вазу с увядшими цветами, поднесенными ей неделю назад на выпускном спектакле первого курса. Дунский злорадно захохотал - он возненавидел эти цветы с той минуты, как Габи внесла их в дом.

Поэтому она их не выбросила, хоть они уже увяли и противно воняли. Вода из опрокинутой вазы затопила всю их крошечную квартирку тошнотворным запахом смерти. От этого запаха крыша у Дунского поехала окончательно и он начал босыми ступнями расшвыривать по полу скользкие стебли с коричневатыми жухлыми розами, гнусавя фальшивым фальцетом: Даже в цветах у тебя колючки!

Секс в нарядном женском белье и шубах

Раньше после такой сцены она бы бросилась на него с кулаками, он бы прижал ее руки к бедрам, тогда она попыталась бы его укусить, он бы отклонился, и они упали бы на пол, где все бы кончилось счастливым слиянием и полным миром. Но сегодня ни на мир, ни на слияние не осталось ни малейшей надежды, и бросаться на Дунского не было никакого смысла. Поэтому, чтобы достойно завершить этот фарс, Габи не стала швырять в голову озверевшего мужа увесистую коробку с салфетками, хоть ей очень этого хотелось.

Она с завидным хладнокровием поставила коробку под зеркало и сказала тихо, пожалуй, даже слишком тихо: Похоже, Дунский только того и ждал. Он тут же прекратил попытки избавиться от вонзившихся в его пальцы злокозненных шипов, и проворно поскакал на одной ноге к своей прикроватной тумбочке, откуда извлек синий пластиковый конверт. Ты в одну сторону, я в другую! Я даже билет купил, чтобы безвозвратно И выдернув из конверта длиненькую брошюрку с готической надписью "Тур-Эр" красным по голубому, стал обмахиваться ею, как веером.

Габи давно заметила, что любовь мужа секс в нарядном женском белье и шубах патетической фразе усугубилась депрессией, но это выступление было уже за гранью. И можно было догадаться, куда - в Киев, к маме. Куда еще секс в нарядном женском белье и шубах мог отправиться без гроша в кармане?

Секс в нарядном женском белье и шубах

Интересно, на какие деньги он этот билет купил? Меня тут никто с цветами не ждет". Что правда, то правда, никто его тут с цветами не ждал, - со всеми своими немногочисленными друзьями он за эти месяцы успел рассориться. И начала собирать раскиданные по всей комнате трупы увядших роз, стараясь отвернуться так, чтобы он не видел ее крокодиловых слез, сползающих по щекам к уголкам рта, откуда она их поспешно слизывала кончиком языка.

Провожать его в аэропорт она не поехала, пожалела пятьдесят шекелей на автобусный билет, да и к чему посыпать раны солью? Он секс в нарядном женском белье и шубах из Киева не позвонил, она ему в Киев тоже, так что она толком не знала, добрался он до мамы или. А через десять дней он уже не смог бы ей позвонить, даже если бы захотел - из квартиры пришлось выехать, и телефона у нее не.

Пока Габи с натугой освобождалась от привычного быта супружеской жизни, ей было не до размышлений. Вещей у нее было вроде немного - компьютер увез Дунский, мебель была хозяйская - но когда пришлось выметаться с насиженного места в никуда, их набралась неподъемная гора, особенно книг. Чтобы распихать их, Габи проявила чудеса изворотливости - она подарила завхозу своей киношколы восемь горшков с заботливо выхоженными ею цветами за право затолкать книги и стереопроигрыватель с ящиком дисков в пыльную заброшенную каморку под лестницей.

И только очнувшись посреди улицы с двумя увесистыми чемоданами женского барахла, она осознала, что оказалась у разбитого корыта. Как-то вдруг, без всякого знака секс в нарядном женском белье и шубах, она повисла в пустоте без денег, без мужа, без адреса и телефона. Впрочем, временная крыша над головой нашлась тут же - ее старинная подружка Зойка весьма кстати уехала на две недели со всем семейством в Испанию и, сжалившись над Габи, тайком от мужа дала ей ключ от своей весьма приличной квартиры в буржуазном районе Рамат-Гана.

Зойкин супруг, преуспевающий зубной техник, очень дорожил своей квартирой, не снятой, а купленной и отделанной наилучшим образом за большие деньги, так что поселение там Габи Зойка предпочла от него скрыть. Она оставила на столике под зеркалом длинную отпечатанную на принтере инструкцию по сохранению девственного облика своего уютного гнездышка и обязала Габи бесследно исчезнуть оттуда за день до ее возвращения.

Выходило, что на устройство какого-то сносного варианта дальнейшей жизни у Габи есть всего две недели, но ее охватила какя-то странная тупость, словно это не ей, а какой-то другой одинокой девушке вскоре предстояло стать бездомной нищенкой. Дунский удачно подгадал со своим драматическим бегством: Но недаром Габи, потерявши все, сохранила детскую веру в свою счастливую звезду.

И в награду за это звезда осветила ей в наступившей тьме непредвиденную дорожку спасения. Все случилось как в детской сказке про девочку Машу, которая не пожадничала и отдала сомлевшей от жары Бабе Яге последний глоток воды из глиняного кувшина, в результате чего баба Яга превратилась в добрую фею.

Конечно, в обыденной жизни сказка эта выглядела не так драматично, реальной деталью от нее осталась только секс в нарядном женском белье и шубах, от которой можно было запросто сомлеть. Вовсе не умирающая от жажды Баба Яга, а обыкновенная пожилая женщина с большой хозяйственной сумкой, входя в автобус перед Габи, сомлела, споткнулась и подвернула ногу.

Габи подхватила сумку и усадила женщину на единственное свободное место, оттеснив при этом наглого парнишку в кипе, устремившегося к этому месту так, будто оно было для него единственным якорем спасения. Женщина, придя в себя, назвалась Тамарой и поблагодарила Габи с таким очевидным акцентом, что им не составило труда тут же перейти на русский. В улыбке Тамары было гораздо больше от доброй Феи, чем от Бабы Яги, и когда через несколько остановок место возле нее освободилось, Габи, с удовольствием шлепнувшись на перегретое, обтянутое дерматином сиденье, неожиданно для себя предложила соседке проводить секс в нарядном женском белье и шубах до дома.

Спешить ей все равно было некуда, а бедной Тамаре явно было секс в нарядном женском белье и шубах под силу, ковыляя на одной ноге, дотащить свою увесистую сумку. Дорога оказалась долгой, и затянувшаяся их беседа быстро перешла в задушевную.

Секс в нарядном женском белье и шубах

Непонятно, что на Габи нашло, но она ни с того, ни с сего выплеснула на совершенно чужую ей Тамару всю боль прошедших недель.



© 2018 | nakushetke.ru